Дериваты естественного мотива влияния
Многие авторы были столь впечатлены важностью феномена эффективности, что, подобно Байту, рассматривали его как один из главных мотивов. Одним из аспектов детского развития служит формирование чувства компетентности, которая часто определяется как способность контролировать события. Дечармс (deCharms, 1968) сделал популярной гипотезу каузальной атрибуции событий и разработал методику выявления индивидуальных различий в приписывании причин тех или иных событий. С ее помощью можно определить, кем — активным деятелем («творцом своей жизни») или жертвой обстоятельств («пешкой») — считает себя конкретный индивидуум. «Творцы» рассматривают трудности скорее как вызов, чем как угрозу, ставят перед собой реалистичные цели, трезво оценивая свои силы, и осознают различия между контролируемыми и неконтролируемыми событиями (см. deCharms & Muir, 1978). Те дети школьного возраста, которых научили думать и действовать с позиций активного влияния на среду, лучше учились и чаще оканчивали среднюю школу, нежели их товарищи, не получившие установку на уверенность в себе (deCharms, 1976). К данному феномену мы вернемся в главе 14. Уверенность в своей способности влиять на события, вероятно, основана на когнитивной «переработке» результатов действий, обусловленных естественным мотивом влияния или эффективности. В результате естественный мотив влияния «переходит» на когнитивный уровень и, таким образом, основанное на нем ощущение уверенности в себе начинает направлять поведение (фактически выполняя функцию приобретенного мотива). Например, исследователи доказали (Perlmu-ter, Scharff, Karsh & Monty, 1980), что люди предпочитают самостоятельно выбранные действия предписанным извне. Вероятно, это обусловлено тем, что в ходе нашего развития контроль над событиями становится для нас ценностью. Контролируя внешний мир, мы максимально полно удовлетворяем нашу потребность во влиянии на среду. В настоящей главе мы еще вернемся к проблеме ценностей как дериватов естественных мотивов.
О важности каузальной атрибуции событий свидетельствуют результаты многих других исследований. Селигман (Seligman, 1975) популяризировал гипотезу «выученной беспомощности», т. е. возникающей тогда, когда животное или человек вновь и вновь попадает в угрожающую ситуацию, но не может ничего предпринять для устранения угрозы. Например, собаки, регулярно подвергаемые ударам электрического тока, от которых не могли защититься, в конечном счете становились настолько пассивными, что не делали попыток прекратить пытку даже тогда, когда у них появлялась такая возможность. Речь идет о крайнем случае ослабления («затухания») естественного мотива влияния, ослабления, вызванного выученной беспомощностью. Однако Вортман и Брем (Wortman & Brem, 1975) указывают на то, что в болезненной ситуации естественной реакцией организма становится незамедлительная попытка как-то повлиять на события (во многом эта реакция напоминает повышение уровня настойчивости (выше мы описывали этот феномен), демонстрируемое организмом тогда, когда ему мешают достичь той или иной цели). Только после множества неудачных попыток проконтролировать внешние события человек или животное приобретают выученную беспомощность.
Наиболее важным дериватом естественного мотива влияния является мотив власти, который мы рассмотрим в главе 8. Мотив власти — это «стремление к контролю над средой», стремление, предположительно возникающее в результате различных процессов раннего и позднего научения, связанного с естественным мотивом влияния.